МИНИСТЕРСТВО ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Официальный сайт

Главная страница \ Информация о текущей деятельности МИД России \ Информационные материалы Министерства иностранных дел \ Пресс–служба МИД России \



Комментарий МИД России по докладу Госдепартамента США о соблюдении соглашений и обязательств в области контроля над вооружениями, нераспространения и разоружения


1840-01-08-2014

29 июля Госдепартамент США опубликовал доклад «О соблюдении международных соглашений в области контроля над вооружениями, нераспространения и разоружения за 2013 год», в котором наряду с информацией о выполнении США собственных договорных обязательств даются оценки соблюдения международных соглашений другими государствами. В частности, сформулирован ряд претензий к Российской Федерации в связи с якобы имеющими место нарушениями наших обязательств по некоторым международным договорам.

В очередной раз США предприняли попытку (и вновь весьма неуклюжую) выступить в роли ментора, почему-то претендующего на обладание истиной в последней инстанции и выставляющего оценки другим. Претензии выдвигаются практически без доказательств, основываются на странных умозаключениях и домыслах, т.е. высказываются с расчетом отнюдь не на их экспертный анализ. Цель, видимо, в том, чтобы создать беспокоящий другие страны информационный шум, напитать СМИ пропагандистским варевом. А, может быть, в американской администрации все еще сильна иллюзия, что Вашингтону в мире «верят на слово»?

Если у авторов и «выпускающих» этого доклада в США сформировалась привычка год за годом повторять одни и те же ошибки, мы, со своей стороны, готовы и дальше внушать: для урегулирования спорных вопросов и устранения возможных подозрений предусмотрены специальные механизмы в рамках действующих международных договоров, созданы профильные международные форумы, где ведется серьезная экспертно-дипломатическая работа. Но в этих форматах нужно реально работать – а это трудно. Наверное, проще «выкатить» что-то на публику в ожидании искомого эффекта, ссылаясь при этом на некие требования американского законодательства. Но если требования законодательства выставляют свою же страну в не очень приглядном свете, то, наверное, надо менять эти самые требования.

Откровенная, преднамеренная дезинформация международного общественного мнения по выполнению соглашений в области контроля над вооружениями другими государствами дает основания усомниться в достоверности содержащихся в докладе сведений о соблюдении самими США своих международных обязательств. Мы готовы помочь коллегам в Вашингтоне исправить это упущение. Объективность и точность все-таки надо поставить во главу угла.

Обратили внимание на содержащиеся в докладе обвинения в адрес России в нарушении положений Договора о РСМД. Примечательно, что американская сторона в свойственной ей манере не приводит никаких конкретных фактов, зачем-то подменяя их изложением основных статей данного Договора. Не проясняют суть американских претензий и комментарии официальных лиц, которые ссылаются на некие «засекреченные разведданные». Чего стоят подобные ссылки и насколько им можно доверять, показала достопамятная история с публично раздутым американцами, а затем со скандалом лопнувшим мифом об «иракском оружии массового уничтожения». Не прибавляют доверия к подобным «надежным разведывательным источникам» и регулярные вбросы Вашингтоном откровенно фальшивых и провокационных сведений в контексте событий на Востоке Украины, при игнорировании объективных данных, поступающих от неподконтрольных США технических средств. Годы идут, но история американцев ничему не учит.

Очередная попытка дискредитировать Россию выглядит тенденциозно и вызывающе. Особенно на фоне многочисленных «вольностей» в применении положений ДРСМД самими США. Мы не раз говорили американским представителям и повторяем вновь: у нас вызывает серьезную озабоченность использование при испытаниях средств ПРО ракет-мишеней, сходных по характеристикам с ракетами средней и меньшей дальности. То же самое относится к американским оружейным беспилотникам, которые со всей очевидностью подпадают под содержащееся в Договоре определение крылатых ракет наземного базирования. Особую злободневность в последнее время приобрела тема пусковых установок «Мк-41», которые США собираются разместить в Польше и Румынии. Данные пусковые установки могут использоваться для запуска крылатых ракет средней дальности, и их появление на суше станет грубым нарушением Договора о РСМД.

Вашингтон, разумеется, в курсе всех этих проблем, но упорно уходит от их предметного обсуждения. Это вызывает большие сомнения относительно искренности официальных заявлений США о приверженности целям и задачам ДРСМД, а также о готовности реально работать совместно с Россией над обеспечением режима Договора и повышением его жизнеспособности. Впечатление такое, что выдвижение надуманных обвинений в адрес России имеет целью отвлечь внимание от перечисленных американских нарушений, создав своего рода «дымовую завесу».

Неблагополучная ситуация с соблюдением ДРСМД вызывает особую тревогу на фоне продолжающегося планомерного и методичного расшатывания Вашингтоном системы глобальной стратегической стабильности. Начало этому процессу американцы положили в 2001 году, выйдя в одностороннем порядке из Договора по ПРО. Теперь это усугубляется ускоренным и ничем не ограниченным наращиванием системы глобальной ПРО США, нежеланием освобождать территорию других государств от развернутого там американского тактического ядерного арсенала, выработкой провокационной стратегии «Глобального молниеносного удара», чрезмерным наращиванием обычных вооружений, включая их наступательную составляющую. Весьма показателен упорный отказ США от участия в выработке международных договоренностей по предотвращению размещения оружия в космосе. Тем самым Вашингтон фактически формирует новую сверхтехнологичную угрозу всему миру, способную опрокинуть систему стратегической стабильности на нашей планете.

Необходимо обратить внимание на множество других «парадоксов» и «зигзагов» в политике США в области контроля над вооружениями и нераспространения. Так, Вашингтон был инициатором заключения Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), однако именно в США это важнейшее соглашение до сих пор не ратифицировано. Нас тревожит, что нет никаких признаков изменения этой ситуации в обозримом будущем. Более того, фиксируем сигналы, что ядерные лаборатории США активно лоббируют поддержание американских ядерных полигонов в состоянии готовности к проведению новых полномасштабных ядерных взрывов. Все это создает опасную ситуацию в области ядерного нераспространения. «Застой» с ратификацией Договора США остается главным препятствием на пути к вступлению ДВЗЯИ в силу.

Вызывает недоумение, что США до сих пор не ратифицировали важнейшую Поправку 2005 года к Конвенции о физической защите ядерного материала. Приходится вновь возвращаться к вопросу о манерах, ныне принятых в Вашингтоне. Не очень прилично быть в отстающих по Поправке и одновременно стремиться выступать в роли «наставника» и «контролера» в отношении всего остального мира в том, что касается обеспечения физической ядерной безопасности (ФЯБ). От страны, ставшей в свое время инициатором проведения регулярных саммитов по ФЯБ, мы вправе ожидать более ответственного подхода. Хотелось бы надеяться, что к очередному саммиту, который запланирован на 2016 г. в Вашингтоне, США все-таки ратифицируют упомянутую Поправку.

США давно и демонстративно придерживаются практики распространения инсинуаций применительно к Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия (КБТО). Бездоказательны, беспредметны, а то и попросту несуразны тиражируемые из года в год Вашингтоном утверждения в части, касающейся соблюдения Россией КБТО. Взять хотя бы «посыл» нынешнего доклада о том, что на российских объектах осуществляется биологическая деятельность двойного назначения, и потому, мол, непонятно, что там происходит. Очевидна ставка на неосведомленность широкой общественности относительно того, что в самих США насчитывается наибольшее в мире число (до 5 тыс.) биологических лабораторий третьего уровня изоляции (BSL-3), из которых, согласно данным Счетной палаты США, не менее 1356 имели лицензию для работы со списочными (особо опасными) патогенами. Все эти объекты – двойного назначения, а списочные патогены имеют непосредственное отношение к КБТО.

После того, как в 2001 г. Вашингтон в одностороннем порядке цинично сорвал переговоры по уже завершавшейся на тот момент выработке Протокола по укреплению КБТО, американцы стали жестко блокировать любые попытки укрепить Конвенцию на юридически обязывающей основе, в т.ч. путем создания верификационного механизма. А ведь именно такой юридически обязывающий документ позволял бы снимать озабоченности государств в контексте выполнения КБТО.

Более того, несмотря на принятые консенсусом всеми государствами-участниками КБТО и КЗХО рекомендации в отношении снятия оговорок к Женевскому Протоколу 1925 года о запрещении применения на войне химического и биологического оружия и регулярно принимаемую – также консенсусом – резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН «Меры в поддержку авторитета Женевского протокола», США сохраняют оговорки к Женевскому протоколу. Это отнюдь не укрепляет режимы запрета биологического и химического оружия и вызывает большие вопросы в отношении реальной приверженности США данным режимам.

В докладе выражено «особое мнение» США о якобы неточности объявлений, представленных Россией в Организацию по запрещению химического оружия (ОЗХО). Американцы сетуют, в частности, на «неполноту» российских данных об объеме запасов химического оружия, «незаявленных бывших объектах по производству химоружия и объектах, на которых мог бы производиться этот вид ОМУ». При этом делается ссылка на двусторонние обсуждения данной темы с нами в 2002, 2003 и 2006 годах.

Рассматриваем такую постановку вопроса как странную и неуместную. Россия на каждой регулярной сессии Исполнительного совета и Конференции государств-участников – двух руководящих органов ОЗХО – представляет доклады о ходе ликвидации своей бывшей военно-химической программы. Ясность во всех аспектах этого процесса полная. Призываем Вашингтон не наводить тень на плетень.

Почти треть раздела доклада, посвященного претензиям США к выполнению многосторонних договоров другими государствами, приходится на Договор по открытому небу (ДОН). Авторы доклада из кожи вон лезут, чтобы «доказать», будто Россия создавала препятствия на пути выполнения Договора. На многие претензии, которые удалось «подсобрать» Вашингтону, ответы давно даны. Многие американские «зацепки» носят сугубо технический характер, и общественности было бы весьма непросто понять, о чем конкретно идет речь, возьмись мы сейчас идти по ним пункт за пунктом.

Но все же дадим несколько примеров, иллюстрирующих то, как американцы «передергивают». Одна из основных претензий с их стороны состоит в том, что Россия якобы ограничивает использование воздушного пространства для целей ДОН. Приводятся четыре «случая»: воздушное пространство над Москвой, над Чеченской Республикой, над 10-километровой полосой вдоль российско-абхазской и российско-югоосетинской границ, над районом учений «Запад-2013».

Рассмотрим эти ситуации подробнее. Прежде всего отметим: Договором предусмотрено, что наблюдательные полеты должны выполняться с учетом национальных (в данном случае российских, а также применительно к учениям «Запад-2013» – белорусских) правил использования воздушного пространства.

Ограничения по пролетам воздушных судов над московской и чеченской запретными зонами были введены исключительно исходя из требований безопасности. В отличие от американцев, мы этим пренебрегать не можем. К тому же в указанных зонах ограничена лишь высота пролета самолетов, что с учетом реальных технических возможностей участников ДОН не создает непреодолимых препятствий для «наблюдения любой точки на территории» Российской Федерации, как это и предусмотрено Договором. К слову, введение ограничений по высоте над густонаселенными районами и промышленными объектами практикуется и европейскими странами, в т.ч. союзниками США. И претензий к ним со стороны российских «миссий открытого неба» в этой связи не возникает.

Вводя ограничения для полетов по ДОН близ границ с Абхазией и Южной Осетией, мы строго следовали положению Договора, устанавливающему, что наблюдательные полеты проводятся не ближе 10 км от границы государства, не являющегося его участником. Абхазия и Южная Осетия – как раз такие государства. Те же, кто до сих пор считает их «грузинскими регионами», отстали от жизни на добрых шесть лет.

Необходимость установления запретных зон над районом учений с проведением боевых стрельб также очевидна. Россия (и Белоруссия) позаботились о безопасности американского или норвежского самолетов открытого неба, которые намечалось использовать для облета этого района. При этом российско-белорусская сторона заблаговременно опубликовала извещения о запретных зонах, довела их до сведения наблюдающей стороны и предложила ей альтернативные маршруты и высоту полета, выполнив тем самым требования ДОН. Кстати, некоторые союзники США также устанавливают запретные зоны, в частности, над позициями своих ЗРК «Пэтриот». Но об этом в докладе нет ни одного слова. Прискорбно, но и в данном случае мы видим «двойное дно» в американских построениях.

Еще одна претензия к нам – закрытие российских аэродромов в дни государственных праздников. Что тут скажешь, если подобная практика широко используется другими участниками ДОН, не вызывая аллергии у США.

Привлекаем внимание к существенному нарушению американской стороной требования Договора в отношении возможности наблюдения любой точки территории США.

Так, специальные процедуры, определенные США для выполнения наблюдательного полета над Алеутскими островами, вынудили российскую сторону выполнить в течение дня 14-часовой наблюдательный полет, что могло негативно сказаться на его безопасности.

В конце 2013 – начале 2014 года Вашингтон около восьми месяцев (вместо установленных Договором двух недель) необоснованно тянул с подписанием отчета об освидетельствовании российского самолета наблюдения Ан-30Б с цифровой аппаратурой наблюдения, ставя тем самым под вопрос «цифровое будущее» ДОН.

На этом фоне «мелочью» может показаться низкая надежность американских самолетов наблюдения, невысокое качество подготовки бортовых переводчиков США и их слаженности с экипажами. В результате происходят задержки с вылетами, переносы сроков прибытия, игнорируются указания органов управления воздушным движением и т.д. Все это не только влечет для российской стороны значительные издержки, но и может оказать негативное влияние на безопасность полетов.

В американском докладе упомянуты «претензии» США к нам по Договору об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Возвращаться к этой теме смысла не видим. Время ДОВСЕ ушло, и приблизили нынешнюю ситуацию именно США, долго и упрямо пытавшиеся вместе со своими союзниками решить определенные геополитические задачи, используя для этого инструментарий ДОВСЕ.

Подводя итог, можно сказать, что американский доклад – это каталог надуманных придирок к другим без единой серьезной попытки «посмотреть на себя в зеркало».


1 августа 2014 года