МИНИСТЕРСТВО ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Официальный сайт

Главная страница \ Информация о текущей деятельности МИД России \ Информационные материалы Министерства иностранных дел \ Пресс–служба МИД России \



Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова программе «Вести в субботу с Сергеем Брилевым», Москва, 29 марта 2014 года


693-29-03-2014

Вопрос: После того, как «большая семерка» объявила о выходе из «восьмерки», был брошен лозунг о том, что Россия оказалась в международной изоляции. Голосование на Генеральной Ассамблеи ООН – сто государств «против» России. Подтверждается ли этот тезис?

С.В.Лавров: Изоляция – это термин, придуманный нашими западными партнерами, которые пытаются действовать, исходя из неоимперских ностальгических амбиций. Чуть что не так и не по их, они сразу хватаются за санкционную «дубинку». Время для этого уже прошло. Думать надо не об изолировании партнеров, а о том, чтобы вовлекать всех без исключения в совместную работу.

Меня удивляет то, с какой одержимостью они пытаются не столько найти подтверждения того, что Россия оказалась в изоляции, сколько их искусственно создавать. Я много повидал на своем веку, но чтобы серьезные страны всю свою дипломатическую мощь бросали на то, чтобы «выкручивать руки» всему миру, в том числе ближайшим нашим партнерам, в расчете на то, что они поддадутся на аргумент о непреложности и незыблемости территориальной целостности и, игнорирование всех других принципов Устава ООН, – такая «прыть» меня поразила. Сколько тратится сил серьезных государственных институтов!

Голосование на Генеральной Ассамблее ООН из того же разряда. Делается это путем сочетания разных методов. Для начала нашим украинским соседям посоветовали сделать текст максимально неконфронтационным и выдержанным, подав через «позитив» то, что нужно уважать территориальную целостность Украины. Кто будет против этого возражать? Это даже не половина правды, а небольшая ее доля. Вы и наши зрители понимаете, о чем идет речь. После этого кому-то в расчете на наивность говорят: «Смотри, какая хорошая резолюция, подпишись и стань соавтором». Кому-то, кто гораздо более искушен и понимает, о чем идет речь, говорят: «Если ты не поддержишь эту резолюцию, то будут последствия». И называют, какими они будут. Мы это знаем. К нам приходят коллеги и доверительно объясняют, почему та или иная не слишком крупная страна вынуждена поддаваться. Например, не будут подписаны контракты либо будут отозваны политические дивиденды. Если взять в расчет то, что западная группа, в широком ее понимании, включая Австралию, Новую Зеландию, Японию и ряд других стран, составляет примерно сорок с небольшим государств, то полусотне стран «выкрутили руки» или убедили каким-то иным способом.

Мы не испытываем каких-либо негативных чувств по отношению к этим делегациям. Это не скажется на наших с ними отношениях. Не могу не привести и другую цифру – около семидесяти стран не поддержали эту резолюцию.

Вопрос: А вместе с теми, кто вообще не участвовал в голосовании, получается 93 страны.

С.В.Лавров: Получается, что счет – пополам. Западная пропаганда, по-другому эту машину назвать нельзя, которая работает в сфере СМИ, будет подавать это как колоссальную победу. Но мы знаем цену этим победам.

Вопрос: Сто стран «против» России. Девяносто три страны – совокупность тех, кто выступил «за» Россию, «воздержался» или не участвовал. В том числе к ним, наверное, относятся такие смелые страны, которые, несмотря на давление, поступили так.

С.В.Лавров: Безусловно, это достаточно мужественный поступок. Этот поступок абсолютно не антизападный, не антиукраинский. Он отражает глубокое понимание происходящего теми, кто не присоединился к голосованию «за», особенно теми, кто проголосовал «против». Это совсем не про территориальную целостность, не про Украину.

Вопрос: Три недели назад в программе «Вести в субботу» Постоянный представитель Российской Федерации при ООН В.И.Чуркин сказал, что в Совете Безопасности ООН Россия рассчитывает на моральную поддержку КНР. После чего Китай воздержался во время голосования. После этого была встреча Президента США Б.Обамы с Председателем КНР Си Цзиньпином на которой, как мне сообщили мои западные коллеги, американцы уговаривали китайцев отказаться от газовых контрактов с Россией. Затем состоялась Ваша встреча с Си Цзиньпином. Кто же китайцы для России?

С.В.Лавров: Нам китайцы очень близкие партнеры. Все это записано в совместных документах. У нас отношения стратегического взаимодействия и многопланового партнерства. Они так сформулированы. Все практические шаги Китая подтверждают его приверженность согласованным с нами принципам. Если действительно даже на высшем уровне американцы, по Вашим словам, предпринимали попытки заставить Китай пересмотреть свои экономические договоренности с Российской Федерацией, то степень наивности или беспардонности просто зашкаливает. Я даже сказал бы, что не понимать суть китайской политики, суть китайской натуры для профессионалов, которые готовят такого рода переговоры, непростительно.

Китайская Народная Республика с самого начала сказала, что она рассматривает эту ситуацию в совокупности исторических и политических факторов. Китай заявил о категорическом неприятии попыток решать эту проблему неполитическими методами и прибегать к санкционному давлению. Наши контакты с китайскими партнерами показывают, что они не просто понимают законные интересы Российской Федерации во всей этой истории, но и то, что у нас с ними идентичное понимание первоначальных причин нынешнего глубокого кризиса на Украине. Это не вызывает сомнений. Был телефонный разговор между Президентом В.В.Путиным и Председателем Си Цзиньпином. 24 марта в Гааге «на полях» Саммита по физической ядерной безопасности у меня состоялась встреча с Председателем КНР, также прошли переговоры министров иностранных дел стран БРИКС.

Вопрос: Совместное заявление БРИКС было согласованно в Гааге?

С.В.Лавров: Это заявление Председателя БРИКС – Южно-Африканской Республики, с которым министр этой страны выступила после нашей встречи.

Вопрос: В прошлую субботу мы в нашем эфире сообщили, что удалось согласовать мандат миссии ОБСЕ на Украине. В чем была причина того, что Россия изначально не была готова поддержать это предложение? Чем эта миссия теперь займется?

С.В.Лавров: Я бы сказал, что изначально не были готовы поддержать эту миссию наши западные и украинские партнеры.

Вопрос: Хотя подавалось это, как всегда, наоборот – Россия против остальной Европы.

С.В.Лавров: Мы к этому привыкли. «Оруэллианские» таланты живы по сей день. Россия была готова направить эту миссию за неделю до того, как в итоге состоялось решение. Однако наши партнеры с необъяснимым упорством, так как к тому времени все всем было понятно, требовали, чтобы мы в миссию ОБСЕ обязательно включили посещение Крыма как части Украины. Можно по существу расходиться с нашим пониманием ситуации, можно не принимать решения Российской Федерации, которые были сделаны в ответ на волеизъявление крымчан, поддержанное ошеломляющим большинством населения. Нам ясна такая позиция, это жизнь. Но не понимать реальной политики и абсолютной безнадежности обращенных к нам требований, в тот самый момент, когда мы заявили, что примем любое решение крымчан по итогам волеизъявления, говорить нам «хорошо, несмотря на то, что было сказано устами Президента, давайте напишем, что миссия поедет на Украину, включая Крым» – это дипломатическая наглость или полная дипломатическая несостоятельность.

Вопрос: Москва в свою очередь настаивала, чтобы миссия поехала не только на Восток, но и на Запад Украины. Это удалось выполнить?

С.В.Лавров: Мы настаивали на том, чтобы в свете способностей наших западных коллег жонглировать словами и трактовать различные формулировки, что они не раз доказывали, писать не просто «миссия на Украину», а перечислить города и регионы, в которые эта миссия поедет. Естественно, в этом перечислении есть и западные, и восточные города. И разумеется, там нет ни одного населенного пункта, который расположен на территории Крымской Республики Российской Федерации.

Вопрос: Может, наконец, «поезд тронулся» не только в плане отправки миссии ОБСЕ на Украину, но и в плане того, что новые украинские власти (оставим за скобками вопрос об их легитимности и применим к ним термин властьимущие) взялись за «Правый сектор», чему мы были свидетелями в последние 36-48 часов?

С.В.Лавров: Для этого потребовалось слишком много времени. Лучше поздно, чем никогда – и это, безусловно, так. Я уже больше месяца ставил перед нашими западными партнерами вопрос о «Правом секторе» и необходимости отмежеваться от радикалов, задавал очень простой вопрос: «Если вы соглашаетесь с тем, что нужно нормализовать обстановку, почему не можете заявить публично о том, что из себя представляет «Правый сектор?» В общем-то, это касается и партии «Свобода», в программных документах которой содержится ссылка на декларацию 30 июня 1941 года, провозгласившую линию на поддержку действий нацистской Германии по установлению нового мирового порядка. Согласно ее уставным документам, это до сих пор является принципом, которому привержена данная партия.

На наши просьбы для начала, как минимум, публично обозначить свое отношение к этим персонажам и повлиять на тех, кто считает себя властью в Киеве, в том плане, чтобы и они высказались на эту тему, следовали довольно странные ответы. Поначалу наши коллеги уходили от реакции, потом в ходе одной из недавних встреч, по-моему в Лондоне, Госсекретарь США Дж.Керри сказал мне, что они внимательно посмотрели на всю подноготную и считают, что «Правый сектор» старается превратиться в политическое движение. Подтекст был такой, что это хорошо, «Свобода» движется в направлении мэйнстрима. Это цитата. На встрече присутствовало много людей, поэтому я не чьи секреты не выдаю. В свою очередь я приводил обратные примеры того, что происходит с этими объединениями. Начиная с публичных высказываний в отношении русских, которых предлагают стрелять в лоб, убивать, называют их последними словами, и кончая рукоприкладством, которое наблюдается даже на Востоке Украины, где выдвиженцы из этих группировок себя чувствуют «как дома».

Если говорить о том, что произошло за последние дни, то дай Бог, если все эти заявления и действия правительства являются результатом какой-то воспитательной работы, которую с ними провели наши западные партнеры. Повторю, лучше поздно, чем никогда.

Давайте посмотрим, что из этого получится и удастся ли совладать с теми, на кого пришедшие к власти люди опирались для того, чтобы попасть на нынешние посты. То, что происходит в последние дни вокруг Верховной Рады, когда «Правый сектор» вновь осадил это высокое учреждение, требуя отставки министра внутренних дел, потому что убили Сашко Билого, которого хоронили как национального героя, – это тоже о чем-то говорит. Как бы ни относиться к тому, что его гибель связана с определенными вопросами (как и любой подобный случай ее надо расследовать подробнейшим образом), однако нельзя не обратить внимание на то, какой моральный подъем произошел в связи с его смертью среди людей с повязками «Правого сектора» и с принципами, о которых мы все хорошо знаем, – это очень тревожный сигнал.

Меня очень удивило, что как раз в те дни, когда наше телевидение, включая ваш канал, показывало осаду Верховной Рады и подробно комментировало, что происходит между «Правым сектором» и представителями украинского парламента, чем это все чревато, в те же самые часы телеканал «Евроньюз» ни словом об этом не обмолвился, и Украина там фигурировала в третьем–четвертом сюжете в связи с предлагаемым ей кредитом МВФ.

Такая подача материала тоже о чем-то говорит, к сожалению. Будем стремиться нести правду окольными путями по сравнению с ведущими западными СМИ. Желаю, чтобы Ваши окольные пути стали столбовой дорогой.

Вопрос: Окольные пути – это отдельная тема в силу запрета украинским сетевым операторам распространять телесигнал российских телеканалов. В начале со стороны ОБСЕ это вызвало осуждение. Я так понимаю, что эта тема звучала даже на ваших переговорах с западными партнерами. А потом началось плавное передвижение этой темы в сторону каких-то других приоритетов. Начали говорить, что есть государственные интересы, согласно которым могут позволить цензурирование телеэфира. Это я цитирую представителя ОБСЕ.

С.В.Лавров: Да, ее зовут Дуня Миятович. Честно говоря, на посту Представителя ОБСЕ по вопросам свободы СМИ надо быть чуть-чуть более свободной в своих суждениях, так скажем, не вдаваясь в эту тему. Печально, что оправдывают полное перекрытие нескольких российских каналов. Оказывается, можно перекрывать телеканалы, если речь идет о защите фундаментальных ценностей. При этом многократные наши обращения в прошлом к Д.Миятович по поводу недопустимости шествий под фашистскими и неонацистскими лозунгами в ряде стран ОБСЕ оставались без какой-либо реакции под предлогом свободы слова. Получается, что порядка четырех каналов в глазах Дуни, я имею в виду Миятович, являются более опасными, чем неонацистские демонстрации в Прибалтике и в ряде других стран, включая Германию.

Вопрос: Где возможен компромисс с западным сообществом? Если проводить перпендикуляр, с одной стороны – Россия, с другой – США и Запад, где бы Вы с коллегами могли бы «ударить по рукам»?

С.В.Лавров: Не думаю, что нынешний наш с ними разговор является исключительно перпендикулярным. Мы все-таки сближаем наши подходы. Последняя встреча с Госсекретарем США Дж.Керри в Гааге и мои контакты с Германией, Францией и рядом других стран показывают, что вырисовывается наполнение возможной совместной инициативы, которая могла бы быть предложена нашим украинским коллегам. Это очень важное уточнение, потому что до сих пор наши партнеры предлагали создать некую контактную группу, в которой под их присмотром Россия и те, кто сейчас захватил власть в Киеве, стали бы между собой договариваться. Это абсолютно неприемлемый формат, и речь идет совсем не о том. То, что сейчас происходит на Украине, – это результат глубокого кризиса государственности, вызванного, в том числе, неумением (я не хочу обвинять в нежелании) каждого последующего руководителя, который приходит к власти, примирить интересы регионов Запада и Юго-Востока. Продолжаться так дальше не может. Мы убеждены, что нужна глубочайшая конституционная реформа. Честно говоря, иного пути для устойчивого развития украинского государства кроме федеративного мы просто не видим. Может быть, кто-то знает лучше и в рамках унитарного государства можно найти некую магическую формулу, когда на Западе, Востоке и Юге отмечают разные праздники, чествуют разных героев, экономика совершенно разная, говорят на разных языках, думают по-разному и тяготеют к культуре разных европейских цивилизаций. В таких условиях очень сложно жить в унитарном государстве.

Именно поэтому 10 марта с.г. мы распространили неофициальный документ, который до этого передали нашим американским, западноевропейским, китайским партнерам, ряду других коллег, в частности, странам БРИКС, и сказали что это наше видение.

Вопрос: То есть это конституционная реформа, выборы…

С.В.Лавров: Нет. Во-первых, там в качестве неотложного шага указывается прекращение бесчинств вооруженных банд, разоружение незаконных формирований, полное освобождение незаконно захваченных зданий (это до конца не сделано) и всех площадей, улиц, городов и деревень. Прежде всего, речь идет о майдане. Это просто позорище для европейской страны, для красивейшего города Европы уже полгода сохранять этот майдан - это все на глазах у западных визитеров. Нам отвечают, что майдан будет до тех пор, пока не состоятся президентские выборы и пока не будет результата, который устраивает майдан. Это просто позор для всех тех, кто все это терпит.

Наше предложение состояло в том, чтобы немедленно начать с наведения порядка во всех этих делах, тем более что это было обязательство, под которым подписались В.Кличко, А.Яценюк, О.Тягнибок и министры иностранных дел Германии, Франции и Польши, и сразу же начать конституционную реформу, которая была бы всеобъемлющей и в которой участвовали бы все без исключения политические силы и регионы, причем с равным правом голоса. Чтобы они начали договариваться о федерации, в рамках которой у каждого региона будут широкие полномочия в сфере экономики, финансов, культуры, языка, образования, внешнеэкономических и культурных связей с соседними странами или с регионами и будут обеспечены права всех меньшинств.

Учитывая долю коренного русского населения, мы предлагаем и убеждены, что другого пути нет, тем более что об этом многократно заявляли некоторые кандидаты в президенты Украины, сделать русский язык вторым государственным языком, а внутри каждого субъекта федерации обеспечить права языков меньшинств в соответствии с Европейской хартией региональных языков или языков меньшинств.

Вопрос: Там же есть и венгры и румыны.

С.В.Лавров: Венгры, чехи, немцы сейчас жалуются своим правительствам о том, что им стало неуютно жить на Украине. Чехи даже попросились домой, но Правительство Чехии сказало: «Мы поглядели на то, как вы там живете, - все у вас нормально». Вы знаете это такой подход, который говорит, что на первое место поставлена геополитика и политическая целесообразность, а не забота о правах человека. Конституционная реформа должна быть утверждена референдумом и отражать интересы всех регионов во взаимоувязке, чтобы после принятия этой конституции всенародным голосованием состоялись президентские и парламентские выборы, выборы новых, как сейчас принято говорить, легислатур (законодательных собраний в регионах) и исполнительной власти (губернаторов), чтобы они не назначались, а избирались. Это то, что требуют восточные и южные регионы. Мы убеждены, что это абсолютно правильный путь. Нам в ответ устами представителей министерства иностранных дел Украины заявляют, что российские предложения – это провокация и вмешательство во внутренние дела, потому что в них выдвигаются идеи, несовместимые с основами украинской государственности. Какие идеи? Во-первых, федерализация, и во-вторых, второй государственный язык. Я не знаю, почему это несовместимо с основами украинской государственности.

Вопрос: Западные партнеры слышат эти предложения?

С.В.Лавров: Слышат. Могу сказать, что федерация – это уже далеко не запретное слово в наших разговорах. Убежден, что мы должны на этом настаивать не потому что нам так хочется, а потому что это требование южных и восточных регионов.

Вопрос: И рассчитывать, что хотя бы через западные столицы эта мысль дойдет до Киева?

С.В.Лавров: Я только на это и рассчитываю, потому что нынешнее украинское правительство трудно заподозрить в самостоятельности.

Вопрос: Является ли внеблоковый статус Украины предметом переговоров между Москвой и, скажем, Вашингтоном?

С.В.Лавров: В наших предложениях этот тезис отражен. Мы убеждены, что новая конституция должна однозначно закрепить внеблоковый статус Украины.

Вопрос: Американцы это слышат?

С.В.Лавров: Американцы это слышат, а насколько понимают – можно судить по их публичным высказываниям. На прошлой неделе в Брюсселе Президент Б.Обама в своем выступлении сказал, что ни Украина, ни НАТО к этому не готовы, и сейчас не надо об этом говорить.

Вопрос: А.Яценюк, кстати, сказал, что пока не ставит так вопрос.

С.В.Лавров: Пока не ставит. Мы убеждены, что здесь не должно быть двусмысленности. Слишком много этих «пока» и «отсутствие намерений». Намерения меняются, а факты «на земле» создаются.

Вопрос: Особенно в последние два месяца.

С.В.Лавров: Почему же в последние два месяца? В последние 25 лет. Нам сейчас говорят, что Россия в ответ на протянутые руки Запада каждый раз выбирает для себя «игру с нулевым результатом». На днях в британской газете опубликована статья моего коллеги, Министра иностранных дел Великобритании У.Хейга, в которой он говорит, что Россия в очередной раз в изоляции от всех, потому что ей руку протянешь, а она отворачивается и идет своим путем на основе логики «игр с нулевым результатом». По-русски это называется «валить с больной головы на здоровую». Нас трудно упрекнуть в недостатке стремления к совместной партнерской честной работе. Это содержится в наших предложениях о неделимости безопасности, которая должна быть равной для всех, а не то, что члены НАТО имеют правовую защищенность принципа неделимости безопасности, а все остальные – это люди второго сорта, и поэтому Альянс надо использовать как магнит, чтобы продолжать передвигать разделительную линию дальше на Восток.

Нам обещали, что этого не будет – нас обманули. Нам обещали, что не будет передвижения военной инфраструктуры НАТО к нашим границам – нас обманули. Нам обещали, что не будет никаких военных объектов НАТО на территории ее новых членов. Все эти обещания мы каким-то образом поначалу конструктивно принимали на слух. Потом стали класть на бумагу в виде политических обязательств, под которыми подписывались серьезные люди – западные лидеры. А когда дело дошло до нашего вопроса, почему же все эти политические обязательства не выполняются и нельзя ли сделать так, чтобы они стали юридически обязывающими, нам ответили: «Нельзя, достаточно и политических, и вообще вы не переживайте, все, что мы делаем, это не против вас».

Если говорить об «играх с нулевым результатом», в которых нас обвиняют, то евросоюзовский проект «Восточное партнерство» с самого начала был задуман по логике «или-или» - или с нами или против нас. Кстати, западные партнеры об этом говорили с момента выборов на Украине в 2004 году, когда еще не было ни Таможенного союза, ни «Восточного партнерства», а был искусственно придуманный, не предусмотренный конституцией Украины третий тур выборов президента. Тогдашний министр иностранных дел Бельгии, а ныне, между прочим, комиссар Евросоюза по торговле К. де Гюхт публично требовал от украинцев сделать свободный выбор: они с Европой или с Россией. Вот, собственно, откуда этот менталитет произрастает. «Восточное партнерство» просто превратилось в инструмент лихорадочного освоения геополитического пространства (как, собственного говоря, и расширение НАТО), когда этот проект продавливался любой ценой, абсолютно игнорируя законные экономические интересы не только соседей Украины – России и других стран, но и государств, которых в него вовлекали. Сейчас существует много исследований по данной проблеме. Не зря даже А.Яценюк сказал, что надо посмотреть на экономическую сторону этого соглашения.

То же самое будет происходить и с Молдовой, с которой пытаются форсированно, летом, пока еще там не прошли очередные выборы, подписать соглашение, аналогичное запланированному к подписанию с Украиной. А в проекте соглашения с Молдовой Приднестровья просто не существует. Не существует и соглашения с участием Кишинева и Тирасполя от 1997 года, в соответствии с которым Приднестровье имеет право на внешнеэкономическую деятельность. Происходящее вокруг Приднестровья тоже игнорируется - там Кишинев и новые украинские руководители фактически организовали блокаду. И все это наши европейские партнеры обходят полным молчанием. Более того, Евросоюз и, как я понимаю, США поощряют такую линию. Мы с ними хотим очень серьезно на эту тему поговорить, потому что они нагнетают атмосферу вокруг Приднестровья, которое будет чуть ли не следующим. Это возмутительная провокационная риторика. На самом деле они пытаются своими практическими действиями создать для Тирасполя невыносимую ситуацию в нарушение, повторю, обязательств, дающих приднестровцам определенные свободы в плане передвижения, транзита, внешнеэкономической деятельности. Это возмутительно. История ничему их не учит. Они опять пытаются создать какой-то нарыв в наших отношениях.

Вопрос: Практически все заявления, в том числе официальных политических органов стран ЕС и США в отношении санкций включают оговорку – «в случае дальнейшей эскалации». Мои западные коллеги под эскалацией имеют в виду пересечение российскими вооруженными силами границы материковой Украины, скажем, на харьковском направлении. Так будет или нет?

С.В.Лавров: Президент России В.В.Путин в своем выступлении 18 марта в Георгиевском зале Кремля четко заявил, что нас очень беспокоит положение русских, русскоязычных соотечественников в восточных и южных областях Украины, особенно, когда туда устремились различные отряды «Правого сектора» и некто Белецкий, «Восточный фронт». Люди абсолютно одиозные. Не надо быть физиономистом, чтобы понять, какие у них намерения, и они об этом открыто говорят. Многие утечки телефонных разговоров указывают на то, как к русским планируют относиться не только представители «Правого сектора».

Президент России потребовал от тех, кто имеет власть на Украине, и их западных покровителей принять срочные меры по пресечению бесчинств. Он сказал, что мы будем защищать права русских и русскоязычных на Украине, используя весь арсенал политических, дипломатических и правовых методов. Мне к этому нечего добавить. Здесь должна быть честная работа. Нельзя говорить, как это было во многих других случаях – будь то Сирия, Иран или еще что-либо - что случился кризис, и давайте примем реальность за данность. Россия должна «разрулить» сирийский кризис, решить иранскую проблему, успокоить путем прямых переговоров с украинским руководством ситуацию на Украине. Запад последовательно пытается сложить с себя ответственность за работу с теми, кого взрастил и поддерживает для достижения своих геополитических целей.

У нас абсолютно нет никакого намерения и интересов пересекать границы Украины. Мы только очень хотим, чтобы работа была коллективной и чтобы те бесчинства, которые западные страны пытаются замести под ковер и представить ситуацию в благостных тонах и красках, были прекращены, чтобы они осознали свою ответственность.

Как заявил и.о. министра внутренних дел Украины А.Аваков, последние действия украинского руководства направлены на разоружение всех, кто незаконно владеет оружием, т.е. преступников. Если это результат работы наших западных партнеров, то, повторю, мы удовлетворены происходящим. Будем готовы продолжать вместе с ними искать совместные рекомендации для украинцев, которые пойдут в русле прекращения любой незаконной активности и начала глубокого конституционного процесса по реформированию государства.

Вопрос: Появилась тема, что Россия в ответ на все происходящее откроет свои базы на Сейшелах, во Вьетнаме, Никарагуа, на Кубе. Даже Аргентина попала в этот список.

С.В.Лавров: Это полная неправда. У нас нет никаких планов создавать военно-морские и военные базы за рубежом в том смысле, в котором Вы понимаете этот термин. В России значительно окреп военно-морской флот. Думаю, что после присоединения Крыма к России он получит гораздо больше возможностей для развития. Помимо Черноморского флота у нас есть еще Дальневосточный, Северный и другие. Для государства очень важно, чтобы флот был на высочайшем уровне подготовки, тем более, что сейчас приходится не просто бороздить океаны для тренировок, а решать вполне конкретные задачи: борьба с пиратством в Аденском заливе, пираты появляются и в других частях мирового океана. Флот совершает дальние походы. Мы договариваемся с некоторыми странами, чтобы наши суда и военно-морские корабли использовали уже существующую у них инфраструктуру для захода, обслуживания, мелкого ремонта, пополнения запасов продовольствия и воды, отдыха экипажа. Ни о каком строительстве баз по примеру американских речи вообще не идет. Ни о каких договорах наподобие тех, которые заключают американцы, обеспечивая своим военнослужащим иммунитет от любых преступлений на территории страны пребывания, речь тоже не идет.

Кстати, я в интернете увидел интересную картинку: Российская Федерация, а вокруг нее точками показано расположение американских военных баз. Впечатляет – их там немало. И подписана фраза американского военнослужащего: «Как посмела Россия расположиться так близко к нашим военным базам?»

Вопрос: Входят ли перечисленные мной страны в число тех, с которыми ведутся переговоры о праве захода кораблей?

С.В.Лавров: Таких стран несколько. Но это те вопросы, которые требуют рассмотрения по линии военных ведомств.